30 октября 2026 года Джонатан Бисс (Jonathan Biss) выпустил на лейбле Orchid Classics альбом Jonathan Biss Plays New Piano Works. В него вошли три заказа для фортепиано соло. Авторы — Тайсон Голстон Дэвис (Tyson Gholston Davis), Элвин Синглтон (Alvin Singleton) и Тайшон Сори (Tyshawn Sorey). Диск целиком отдан музыке сегодняшнего дня.
Джонатан Бисс — американский пианист, солист оркестров Лос-Анджелеса и Нью-Йорка, Бостонского симфонического, Королевского оркестра Консертгебау и Лондонского симфонического. Он лауреат премии Леонарда Бернстайна, гранта Эйвери Фишера, награды Борлетти-Буитони и премии молодого артиста Гилмора. С 2018 года он делит руководство школой и фестивалем в Марлборо с Мицуко Утидой (Mitsuko Uchida).
Откуда взялись три заказа
Замысел альбома вырос из занятий Бисса поздними сонатами Шуберта в пандемию 2020 года. В 2022-м он решил поставить рядом с каждой из трёх сонат новое сочинение по заказу. В запись вошли именно эти пьесы. Пианист предупреждает: они не отвечают Шуберту и не поясняют его. Музыка Шуберта была порталом. Заказы искали неслыханные звуки.
Цвет, Бруклин и тишина
Диск открывает «…Expansions of Light» Дэвиса, сочинение 2023 года. Образ взят у картины Хелен Франкенталер (Helen Frankenthaler) «Winter Light» 1979 года: сдвиги цвета переложены в музыку. Две парящие ариетты обрамляют стремительный каприс. Заказ сделал Музыкальный фонд Терезина (Terezín Music Foundation), посвящение — Аре Гузелимяну (Ara Guzelimian).
«Bed-Stuy Sonata» Синглтона, тоже 2023 года, идёт одним непрерывным движением. Название — портрет бруклинского района Бедфорд-Стайвесант, где композитор вырос. Синглтон — стипендиат Гуггенхайма и резидент оркестров Атланты и Детройта. В эссе Бисс пишет о свободе скупой нотации и о смыслах, которые партитура открывает заново при каждой встрече.
«For Anthony Braxton» Сори написана в 2024 году как поклон Энтони Брэкстону (Anthony Braxton), наставнику и партнёру Сори. В центре пьесы — звук и тишина. Сори, стипендиат Макартура с 2017 года, в 2024-м получил Пулитцеровскую премию за «Adagio (For Wadada Leo Smith)». Бисс пишет: точная нотация в игре кажется свободной и каждый раз звучит иначе.
Слова пианиста и рецензия Gramophone
В буклете Бисс называет месяцы со Шубертом необыкновенным даром, изменившим его навсегда. Он пишет: «Тайсон Голстон Дэвис, Элвин Синглтон и Тайшон Сори написали сочинения, которые тремя совершенно разными способами полны тайны и изумления. Жизнь с ними заставила меня вырасти как музыканта и, подозреваю, как человека». К каждой пьесе приложено его эссе.
Журнал Gramophone опубликовал рецензию Тима Резерфорд-Джонсона (Tim Rutherford-Johnson). Критик приветствует диск, отданный только новой музыке. Даже без Шуберта, пишет он, тень классика слышна. У Дэвиса — ореол красок медленной части, у Синглтона — блуждание, каким Альфред Брендель (Alfred Brendel) отличал Шуберта-лунатика от Бетховена-архитектора, у Сори — небесные длинноты Шумана.
Для слушателя
«…Expansions of Light» сложена из ариетты в 9 минут 44 секунды, каприса в 3 минуты 4 секунды и второй ариетты в 3 минуты 55 секунд. «Bed-Stuy Sonata» идёт 16 минут 53 секунды, затем звучит «For Anthony Braxton». Запись длится около пятидесяти минут, каталог Orchid Classics — ORC100493.
Слушателю открыты три пьесы новой фортепианной музыки. Дэвис следит за медленным превращением цвета, Синглтон сталкивает упругий жест с широким пространством, Сори доверяет паузе не меньше, чем звуку. Поздние сонаты Шуберта знать не обязательно. Бисс снял с этих пьес обязанность их толковать, и каждая звучит сама по себе.
Бисс давно заказывает музыку современников и сохраняет классику в записях: среди них полный цикл сонат Бетховена. В 2020 году четвёртая книга, «Unquiet: My Life with Beethoven», вошла в число лучших аудиокниг года по версии Audible. Его эссе выходят в The New York Times. Недавно он играл в Уигмор-холле, в Типет-Райз и в Карамуре.
Альбом оставляет рояль наедине с тремя голосами нынешнего дня. Свет картины Франкенталер, память о бруклинском детстве и тишина в честь Брэкстона звучат без знаменитого классического номера. Бисс делится музыкой, которая раздвинула его слух. Рояль говорит с сегодняшним днём языком трёх новых сочинений.
